«Проект Аве Мария»: как научная фантастика стала полем битвы за умы
Фильм только вышел. Всего неделя в прокате. А интернет уже кипит, как перегретый реактор. «Проект Аве Мария» это экранизация романа Энди Вейра с Райаном Гослингом в главной роли, собрал за стартовый уикенд более $80 млн в США, став лучшим дебютом Amazon MGM Studios. Но касса это только верхушка айсберга.
Главное происходит в соцсетях. Там, где каждый пост, каждый комментарий, каждый спор подогревает алгоритмы и заставляет всё больше людей включаться в дискуссию. О чём спорят? Обо всём. О качестве фильма и книги. О частоте шуток. О политическом подтексте. О том, правильно ли показана роль США в спасении мира. О том, можно ли считать картину научно-фантастической классикой или это просто «попса в космосе».
И это, коллеги, редкий случай, когда шум вокруг фильма не искусственная раскрутка, а живая, настоящая дискуссия. Давайте разбираться, почему «Проект Аве Мария» стал тем самым фильмом, о котором говорят все.
Алгоритм любит ссоры
Джордан Левин, бывший гендиректор WB и AwesomenessTV, объясняет механизм просто: «Всё, что провоцирует дебаты, особенно если есть люди, которые относятся к материалу или создателям евангельски, заставляет алгоритм работать на полную».
То есть, когда одни пишут: «Это шедевр, который войдёт в историю», а другие: «Это переоценённый блокбастер с дешёвыми шутками», нейросети соцсетей счастливы. Конфликт = вовлечённость. Вовлечённость = охваты. Охваты = ещё больше конфликта.
И «Проект Аве Мария» попал в этот цикл идеально. Потому что тем для спора в нём вагон и маленькая тележка.
Политика, наука и международное сотрудничество
Левин выделяет несколько ключевых линий, по которым идёт основная дискуссия.
Первое это наука. Энди Вейр, автор романа, известен своей дотошностью в научных деталях. Его «Марсианин» был настолько технически выверен, что NASA консультировало съёмки. «Проект Аве Мария» тоже полон рассуждений об астрофизике, молекулярной биологии, топливных системах. В эпоху, когда слово «наука» стало политическим маркером, фильм, который говорит: «Наука может решить наши проблемы», автоматически становится мишенью для одних и знаменем для других.
Второе это международное сотрудничество. В фильме учёные и политики из разных стран объединяются, чтобы спасти Землю. Для одних это вдохновляющий образ будущего. Для других наивный либеральный идеал, не имеющий отношения к реальности.
И третье: театральный опыт против стриминга. «Проект Аве Мария» фильм, который надо смотреть в кинотеатре. Масштаб, звук, визуальные эффекты — всё это работает на большом экране. И вокруг этого тоже разворачивается дискуссия: «Жив ли кинозал?» против «Стриминг убил магию».
Маркетинг без IP
Рассел Шварц, бывший президент по маркетингу New Line Cinema, отмечает ещё один важный фактор: фильм не основан на существующей франшизе. Это не очередное расширение Marvel, не спин-офф «Звёздных войн». Это оригинальная история, которую надо было продать с нуля.
«Прелесть не-IP фильма в том, что вы можете концептуализировать с нуля, говорит Шварц. Выбирать лучшие компании и бренды для партнёрства, не будучи привязанными к стандартным схемам».
И команда «Проекта» этим воспользовалась. Вирусные ролики с Гослингом на Jeopardy! Видео, где он демонстрирует навыки игры в американский футбол. Нестандартные коллаборации. И главное, сам Гослинг, который, как выяснилось, относится к продвижению фильмов со всей серьёзностью.
Шварц вспоминает историю с «Дневником памяти», первым большим хитом Гослинга. Основатель New Line Боб Шэйе потребовал убрать бороду с постера, мол, герой с бородой никому не нужен. Гослинг ответил: «Я никогда не буду делать промо этому фильму, если вы не вернёте мою бороду». Борода вернулась. И Гослинг сдержал слово.
Сейчас, 22 года спустя, он так же серьёзно относится к продвижению «Проекта». И это даёт результат.
Аудитория, которую не ждали
Интересно, что создатели фильма, возможно, сами не до конца понимали, на кого работают. Шварц предполагает: «Думаю, они снимали научную фантастику для аудитории Райана Гослинга, а получили семейное кино».
И действительно, «Проект Аве Мария» оказался фильмом, который смотрят родители с детьми. А это значит, что в дискуссию включаются и те, кто обычно не участвует в спорах о блокбастерах. Семейная аудитория самая активная в плане рекомендаций, самая лояльная, самая «виральная».
Астронавты и блогеры
К дискуссии подключились и неожиданные эксперты. Крис Хэдфилд, бывший астронавт и автор бестселлеров, лично обсуждал с Энди Вейром фильм и следующую книгу писателя. Он высоко оценил визуальную достоверность картины и особенно создание инопланетянина Рокки, который оставляет пространство для воображения, но при этом достаточно проработан, чтобы вызывать любопытство.
А космический блогер Коби Браун отмечает, что фильм стал для многих первым触点 к сложным научным концепциям: от молекулярной биологии до теории относительности. «Люди хотят знать больше, говорит он. Это их стартовая точка».
Сравнение с Чамалетом и «Марти Суприм»
Некоторые аналитики проводят параллель с недавним феноменом «Марти Суприм» и Тимоти Шаламе. Там тоже была мощная кампания, много шума, девять номинаций на «Оскар» и ноль статуэток. Шварц, впрочем, считает, что сравнивать не стоит: «Там Шаламе фактически вёл кампанию самостоятельно, а здесь Гослинг был идеально синхронизирован с MGM».
Что дальше
«Проект Аве Мария» не собирается уходить из проката. Сейчас у фильма отличные позиции в праздничный период, и, по прогнозам, он будет держаться в топе весь апрель. Уже обсуждается возможное продолжение Райан Гослинг не против, и Amazon MGM, судя по всему, тоже.
Но главное, что фильм уже сделал: он доказал, что оригинальная научная фантастика может собирать не только кассу, но и аудиторию, которая хочет спорить, обсуждать, вникать. И это, наверное, лучшая награда для авторов, которые вложили душу в сложный, умный, человечный материал.
Композиторский постскриптум
От себя добавлю: в этих спорах часто забывают про музыку. А зря. Потому что саундтрек «Проекта» это отдельный герой. Тема Рокки, которая звучит на синтезаторах и оркестре, работает как эмоциональный мост между двумя мирами. И то, что эту музыку сейчас обсуждают в соцсетях, цитируют в тиктоке, используют в фанатских видео это и есть главный признак того, что фильм стал культурным событием.
Потому что когда мелодия начинает жить своей жизнью, вне экрана, значит, создатели попали в яблочко. И в спорах о политике, науке и маркетинге это, наверное, самое важное.
